Галагазета | [Ведь всего страницу назад, казалось, ты был самым счастливым человеком]23
()[Ведь всего страницу назад, казалось, ты был самым счастливым человеком]()23
Бородулька, 23 февраля 2011 г., 20:25
  - Не надо, Юра! - она отстранилась от меня. - Это смешно! 
  - Но почему? - вполне серьезно возмутился я. - Ты мне не веришь? 
 Она с улыбкой покачала головой: 
  - А тебе разве можно верить? Сначала мне позвонил, потом Ляле... - она обиженно замолчала и отошла к окну. 
  - Я не звонил Ляле, - честно сказал я. - Она сама пришла почему-то, я не звал ее. 
    Аня не шевелилась, ее хрупкие плечи содрогались - она плакала. 
  - Перестань, не плачь! - прошептал я и попытался встать, но не смог, не нашел в себе прежних сил. - Просто я все понял и окончательно решил! Ань, ты единственная девушка, которую я готов видеть рядом с собой всю жизнь. Знаешь, мне кажется, я люблю тебя, - в этот момент я жестоко солгал, я не любил ее ни на грамм больше, чем три дня назад. Просто мне действительно захотелось жениться на ней, может быть, на зло Ляле... 
  - И я тебя люблю! - спокойно прошептала она и подошла ко мне. - Только я не хочу, чтобы ты страдал. Я не хочу держать тебя силой. Ты должен очень хорошо подумать над своими словами! 
    Я уверенно посмотрел на нее: 
  - Я все обдумал и решил! Я действительно хочу этого! 
    Аня глубоко вздохнула, крепко поцеловала меня в губы и пошла в сторону двери. 
  - Ты куда? - возмутился я. 
  - Домой, - естественно и спокойно ответила она и ушла. 
   - И что мне теперь делать? - спросил я у Ромки. - Вот почему она ушла? 
    Тот искренне улыбнулся: 
  - А ты как хотел, чтобы она растаяла тут? Она же женщина, ей нужно поломаться, типа подумать! Вот увидишь, она согласится! 
    Наш разговор прервал стук в дверь, что-то напряглось внутри меня. 
  - Привет! - в палату вошел Рябчик. - Как ты? 
    Я указал Ромке умоляющим взглядом на дверь, тот пожал руку посетителю и быстро засобирался уходить. 
  - Это тебе! - Мишка положил на тумбочку сетку с апельсинами. 
  - Спасибо, брат! - я виновато опустил глаза. - Есть разговор, - продолжил я после небольшой паузы. 
  - Что случилось? - испуганно подскочил он. - Тебе стало хуже? 
  - Да нет, все хорошо. Я должен кое-что рассказать тебе об Ане. 
    Было заметно, что он напрягся, пот выступил на его широком лбу. 
  - Что случилось? Вы поссорились? - дрожащим голосом спросил он и крепко сжал свои полноватые руки в замок. 
  - Я сделал ей предложение... прости, Мишка. Но она действительно любит меня. И я понял, что должен быть с ней. 
  - У вас здесь курят? - угрюмо спросил он и полез в карман. 
  - Миш, я все пойму, если ты больше не захочешь со мной общаться, если набьешь морду... Клянусь, я сделал бы так же! 
    Во взгляде его металось что-то смешанное: то ли любовь, то ли ревность, то ли ненависть. Но он, как настоящий мужик, глубоко засунул это себе в сердце. Сказать, конечно, он ничего не смог. Он молча обнял меня, тело его содрогалось: 
  - Только не зови меня шафером, я не смогу. Нажрусь в толпе гостей! Я рад, что все так разрешилось. Для меня важно только ее счастье, а если ее счастье - ты, значит, я ее отпускаю. 
  - Миша, я не верю, что так поступаю с тобой. Мне больно за тебя, я предатель. Но я не знаю, что делать теперь, я не могу ничего изменить. Я ненавижу себя за это... Да, я слабак! 
    Рябчик горько вздохнул: 
  - Все хорошо, это судьба, от нее не убежишь. У меня еще вся жизнь впереди. Когда я женюсь, ты умрешь от зависти, потому что моя жена будет много круче твоей, - он через силу улыбнулся. 
  - Брат! - прошептал я. - Ты настоящий брат. Но я клянусь тебе, что если Аня захочет уйти к тебе, я ее отпущу так же легко, как сделал это ты!
 
    За холодной зимой шла не менее холодная весна. Я сидел на подоконнике и вдыхал вместе с табачным дымом апрельскую сырость. "Ну, вот и все!" - думал я про себя, нащупывая в кармане коробочку с обручальными кольцами. Моя свадьба была какая-то не такая, как я ее себе представлял раньше: мама лежала на сохранении в больнице, а для меня так важно было ее присутствие! 
    В гостиной давно суетились гости, но мне совершенно не хотелось идти к ним. Я сказал всем, что сильно нервничаю, и ушел, чтобы побыть в одиночестве. Вся жизнь проносилась перед глазами: и клуб, и Ляля, и Чудак, и Рябчик... и даже Вита! Я не жалел ни о чем, даже моя травма показалась мне необходимым фактом биографии. Если бы не она, я бы никогда не познакомился с Ромкой... И никогда бы не решился жениться. 
    В последнее время Анька порхала, как бабочка. Она все время таскала меня по ювелирным магазинам и свадебным салонам, а я покорно ковылял за ней с костылями. Я привязался к ней, и, наверное, если бы ее не стало в моей жизни, мне было бы больно. Но я ее не любил, она лишь хорошая привычка,"вторая мама", потакающая всем моим желаниям. 
     Свадебная церемония прошла как во сне. Я не замечал вокруг никого, меня напрягало большое количество людей. Все суетились, кричали, пили, а я крепко держал за руку свою верную супругу и видел только ее бледненькое личико, окруженное пышной белоснежной фатой. 
  - Это самый счастливый день в моей жизни! - шептала она мне на ушко, нежно касаясь его влажными губами. 
    Рябчик пил больше всех, он старался не смотреть на нас и все время улыбался, но все равно долго держаться не смог, поэтому очень быстро ушел по-английски. Я не держу на него зла, я сам виноват. 
    Я старался держаться молодцом, хоть и хотелось сорваться и нажраться до свинячьего визга. Меня сдерживала лишь влюбленная и счастливая Аня, которой я не смел причинить боль. 
    Все время хотелось смотреть на часы и считать секунды - когда же наконец закончится эта пьянка? Как я устал! 
     Ночь. Ее белое платье плавно соскользнуло на пол. Передо мной стояла хрупкая Анька с маленькими и плечиками и по-детски недоразвитой грудью. Мне не хотелось ее как женщину, но как супруг... я представил перед собой Лялю, ту, которую так любил, и, наверное, сейчас люблю. Страсть окутала меня, когда я вспомнил ее струящиеся темные волосы, ее дикие глаза. Для Ани это была самая лучшая ночь, ночь любви и страсти, а для меня просто долг, просто обман. Я спал с ней в одной постели, но представлял себе другую. 
    Аня быстро уснула, свернувшись калачиком. Я переступил через свадебные одеяния и поплелся на балкон новой квартиры, которую нам подарили Анины родители. Я прихватил с собой пачку крепких сигарет и бутылку водки. Как последний подзаборный алкаш я пил из горла, не закусывая и не запивая. Нет, мне было не горько, даже, можно сказать, казалось сладко по сравнению с тем, что творилось в моей душе. Еще холодный ветер развевал прозрачные занавески и рассеивал горький дым, я тяжело дышал отравленным городским воздухом. 
    Громкая музыка рассыпала тишину. Я схватил телефон и быстро отключил звук, чтобы Аня не проснулась. 
    1 новое сообщение - сообщил мне мой друг - слайдер. Пьяно пошатываясь я нажал: просмотреть. Чтобы немного прийти в себя после прочитанного, я вылил себе на голову оставшуюся водку. 
    "У тебя родился сын", - таково содержание сообщения с Мишкиного номера. Внутри что-то переклинило, пьяная дурная голова хотела понести уже хромые ноги в цветочный магазин и роддом, но я крепко ударился головой об косяк. 
  - Почему ты не спишь? - сонно спросила Анька, заворачиваясь в махровый халат. 
    Я пожал плечами и виновато посмотрел на нее. 
  - Ты что, попал под алкогольный дождь? - она горько усмехнулась и присела на корточки около меня. 
  - Просто напился! - честно признался я. - Боюсь семейной жизни, пилить меня будешь каждый вечер, когда буду приходить с работы! - отшутился я. 
    Аня по-родительски погладила меня по голове: 
  - Я буду тебя любить и жалеть, вкусно кормить и целовать перед сном. Обещаю! 
    Мне было с ней рядом тепло и уютно. Я решил от нее ничего не скрывать: 
  - Ляля родила мальчика сегодня, - угрюмо сказал я и опустил глаза. 
    Аня не стала допытываться, откуда я это знаю, просто крепко прижалась ко мне, словно ей стало жутко холодно: 
  - Я рожу тебе пятерых, хочешь? 
    Мне ничего не оставалось, как кивнуть и прижать ее к своей воняющей водкой груди. 
  - Пойдем спать! - нежно, как-то по-домашнему сказала она и взяла меня за руку. 
  - Пойдем! - покорно согласился я. 
    Мы долго не могли уснуть, но молчали. Каждый думал о своем. Конечно, ей больно от того, что Ляля все еще живет в моем сердце, но она изначально знала, на что шла. Мне было стыдно оправдываться и извиняться, все решится завтра утром, когда мы выспимся и придем в себя после тяжелого дня. 
 
     Продолжение следует... 
 
     Автор: я
48 0
Просмотров: 186
Подписок на автора: 575
Поделиться



Закрыть
© Team-Tech.ru, 2017 - 2026