[Девушка, говоришь, некрасивая? Так сделай так, чтобы она расцвела!]3Бородулька, 24 февраля 2011 г., 16:39
Она вышла на улицу в потертых джинсах и футболке. Утренняя роса доброжелательно встретила ее одетые в открытые шлепки ноги. Ральф радостно мчался к калитке. Пели птицы, пахло любовью и росой. Счастливый ротвейлер наслаждался свободой, он то несся галопом, то приостанавливался, будто прислушиваясь. Он вилял своим обрубленным хвостиком и доверчиво смотрел на Дашу, которая не спешила выпустить его за пределы двора. В ее голове все перемешалось, после этой ночи она даже дышать стала по-другому, больше не хотелось рисовать или мечтать, хотелось только наслаждаться прекрасной реальностью, которая может так же внезапно оборваться, как и появилась. Рыжая открыла калитку. Ральф, счастливый, выскочил и бросился бежать, набираться сил. Даша же прикрыла глаза, вспоминая каждое его прикосновение, которое она чувствовала каждой клеточкой своего тела. Она видела каждое мгновение, и по телу пробегала холодная дрожь, будто он и сейчас прикасается к ней. Она не заметила за своими мыслями, как целый час простояла на одном месте недвижимо.
- Ральф, малыш, пойдем домой! - радостно крикнула она.
Счастливый пес рванул к ней, черная шерсть его переливалась на несмелом утреннем солнышке. Он бежал к своей любимой хозяйке, которая всегда вкусно кормила его, любила всей душой. Он бежал так, будто давно ее не видел и хотел только одного - лизнуть своим шершавым языком ее ладонь. Весь мир перестал для него существовать, потому что его звала она, любимая хозяйка. Он не слышал, как она кричала ему, не слышал скрипа тормозов и даже, наверное, не почувствовал того удара, который отшвырнул его прямо ей под ноги. Пес просто лежал рядом с ней, его верные глаза еще были открыты, где-то возле уха стекала струйка крови. Нет, он не скулил, ведь рядом была она, а когда есть она, тогда не больно, тогда не страшно...
Даша рухнула возле Ральфа на колени, из ее только что счастливых глаз текли слезы. Она гладила его, умирающего, своей дрожащей рукой и чувствовала его последние удары сердца.
- Не умирай, прошу тебя! Ты же единственное существо, которое всегда рядом. Я умоляю тебя, живи. Прости меня, если что не так, - захлебываясь кричала Даша. - Ты обязан жить! Ты помнишь, как я тебя купила на рынке, как я тебя жалела. Ты же мой единственный друг, который никогда не предаст, как я буду жить без тебя?
Она целовала его, пыталась его поднять, оживить. Его верные глаза закрылись навсегда, но рыжая не верила в это и, со всех сил обхватив его безжизненное тело, понесла его домой. Она рыдала в голос, кровь стекала с ее пальцев: "Сейчас-сейчас, Ральф, все будет хорошо. Мы только домой придем, я тебя покормлю и всегда буду с тобой, я тебя не брошу, малыш! Слышишь?" Но он уже не слышал, его доброе сердце остановилось навсегда, а верная собачья душа уже счастливо парила в воздухе...
Даша уложила Ральфа на крыльце и рухнула рядом с ним, обессилевшая. Слезы лились сами собой, в душе не было боли или горя - была пустота, которую совсем нечем было заполнить. В мыслях мелькали какие-то картинки, когда она, еще в школе, бежала домой к своему единственному другу, которому можно было рассказать все горести и печали, которого можно было обнять просто так, которого можно было почесать за ушком, и он был бы рад этому тогда, как у окружающих это вызвало бы отвращение.
Рыжая молчала, у нее не было сил рыдать или кричать, просто хотелось умереть вместе с ним, чтобы не было так горько.
- Солнышко, что случилось?
Саша стоял за ее спиной и боялся пошевелиться. Даша сидела на холодных ступеньках, а рядом лежал ее верный пес. Саша решил больше ничего не говорить, он тихо обнял рыжую сзади за костлявые плечи и поцеловал в белую шею. "Я не совсем одна, - думала Даша. - Он пока со мной, пусть это будет длиться не долго, но он хоть немного заполнит пустоту в моей душе".
Через два часа Саша похоронил ротвейлера за Дашиным домом, и тем обрек рыжую на страшное одиночество. Он посидел с ней еще полчаса:
- Мне нужно идти! - уверенно сказал он и повернулся к выходу.
- Нет, не бросай меня, прошу тебя, Саша, не уходи! - отчаянно кричала Даша ему вслед, но он не обернулся и ушел, оставив рыжую наедине с одиночеством.
Казалось бы, собака не человек, не так страшно ее потерять. Но что было в душе этой несчастной девочки. Она была обречена на сумасшествие и только этот пес помогал ей справиться с одиночеством, забыться хоть не на долго. А теперь не стало и его. Саша, а что Саша? жена, работа, деньги, может, он и правда влюбился в нее, может поиграл - это потом... Но сейчас-то его рядом нет, сейчас, когда страшно и не хочется жить, когда не хочется дышать...
В отчаянном порыве она ринулась в спальню, бросилась на постель. Простыня издавала слабый запах ЕГО, и рыжая всем своим существом впитывала этот аромат. Он спал с ней на этой постели, он любит ее: "Но почему же он ушел? - мысленно возмутилась рыжая. - Ему страшно, что у меня кроме него теперь никого нет? Он боится чего-то? А спать со мной не боится!?" Рыжая в порыве сумасшествия схватила своими тонкими пальцами белоснежную простынь, вырвала ее из-под одеяла и подушек и швырнула на пол. Для пущего успокоения она потопталась по ней ногами. Через десять минут рухнула на пол: "Что я творю? Я же люблю его, и потом буду жалеть!"
Глаза ее невольно поднялись на стену: там его портрет, и он, такой красивый, улыбается и смотрит на нее, такую некрасивую, в приступе бешенства. "Смеется!?" - разозлилась рыжая с новой силой и сорвала портрет со стены, после чего начала вырывать его из рамочки и кромсать, как что-то ненужное.
Даша металась по комнате, как загнанный зверь. Тяжело было дышать и не хотелось жить. Даже Саша ушел, и теперь ее больше ничто не связывает с этой жизнью. Все ее тело дрожало от страха, беспомощности и безысходности. Потеряв всякую надежду на жизнь, она рухнула на пол среди спальни. Возле нее лежал разорванный портрет Саши и скомканная простынь. "Я лучше умру, так будет лучше для всех! Я просто буду сидеть недвижимо на одном месте, пока не умру от голода" - в отчаянии думала рыжая. Но она так думала не оттого, что ей так будет лучше, а потому что Саша, может быть, по-мужски заплачет от жалости к этому существу, от угрызений совести, что бросил ее.
Стемнело, она все также сидела на полу, мраморное ее лицо не шевелилось, она даже почти не моргала. Она смотрела на свет уличного фонаря, который светил в окно и думала, кто раньше придет к ней: смерть или самый любимый предатель. Ей было страшно одной в этом большом доме. Ей было больно вспоминать о случившемся и все время казалось, что в прихожей кто-то ходит. Надежда загоралась тогда в ее маленьком сердце: "Наверное, Саша пришел. Он вспомнил, что любит и вернулся" - наивно думала Даша про себя. Но все эти шорохи были лишь плодами ее воображения. Ей было холодно, хотелось есть, но она не сдвигалась с места, потому что хотела умереть. Она долго смотрела в окно пока сама не заметила, как заснула.
Утреннее солнце осмелилось ее разбудить. Она лежала в своей постели (без простыни) накрытая тяжелым одеялом. В доме приятно пахло жареным мясом и кофе. Даша резко вскочила: кто это сделал? Зачем? Всем телом она чувствовала какую-то слабость и не могла пошевелиться. Тогда она поднялась на локтях и напрягла все тело, чтобы закричать, но не выдавила из себя ни звука. Потеряв силы она рухнула на подушку, облизала сухие губы и закрыла глаза. Рыжая лежала и вспоминала, как вчера не хотела жить, как разбрасывала все лучшее, что у нее есть. Она вспоминала Ральфа, но та печаль куда-то ушла, ей даже не очень хотелось увидеть Сашу. Больше всего на свете она хотела есть и жить всем на зло, жить, рисовать, курить тонкую сигарету, бережно гладить поводок любимого пса и вспоминать ту ночь, которую она провела с Сашей. Ходить босиком в новом платье... и делать еще много глупостей, убивающих одиночество. Она недолго думала об этом, потому что услышала чьи-то шаги. Сердце ее затрепетало: "Кто это может быть? Какие легкие шаги! Шуршание какой-то воздушной одежды... Это женщина! Может мама вспомнила обо мне?"
Тихо открылась дверь, и в комнату вошла красивая женщина в легком воздушном платье из белого шелка. Ее переливающиеся черные волосы были заплетены в какую-то непонятную, но очень красивую гульку... Даша не сразу ее узнала, стало как-то больно в груди...
- Доброе утро, как Вы себя чувствуете? - доброжелательно спросила эта прекрасная женщина.
"Боже, это же жена Саши. Как стыдно, она почему-то мне помогает, а я была с ее мужем в одной постели. Как смотреть ей в глаза?" - испуганно думала Даша, восхищенно глядя на эту женщину.
- Меня зовут Лариса, я Ваша соседка. Я нашла Вас здесь на полу 3 дня назад. Вы долго не приходили в себя, и я решила помочь. Я к Вам за солью хотела зайти, было не заперто, а тут Вы...
- Не оправдывайтесь, пожалуйста, - устало прошептала рыжая, чуть приоткрыв глаза.
"Я так долго была без сознания... Но почему? Почему она спасла меня, за что?"
- Я вижу, Вам уже лучше, - с улыбкой сказала Лариса. - Вы не против, если я поухаживаю за вами, пока Вы совсем не поправитесь?
- Спасибо, Лариса, я не достойна Вашего внимания. Я сама справлюсь.
- Даже не смейте это говорить, почему это Вы не достойны внимания? У нас с Вами никогда не было никаких проблем: мы никогда не общались. Мне не трудно помочь Вам, меня уволили и теперь я никуда не спешу! - соседка грустно улыбнулась, судорога боли скользнула по ее лицу.
Она тихо вышла куда-то и вернулась уже с большим разносом, на котором была жареная курица, картофельное пюре и кофе со слоеным печеньем.
Продолжение следует...
Автор: я
39 
0
Просмотров: 222
Подписок на автора: 575
Поделиться
